Отар Кушанашвили: "Отец Жанны Фриске не хочет жить!"

Отар Кушанашвили побывал на съемках программы Бориса Корчевникова «Прямой эфир».

Тема передачи была посвящена скандалу, разразившемуся в семье скончавшейся в июне этого года певицы Жанны Фриске: требуя отдать внука (двухлетнего Платона), папа артистки грозился убить Диму, после чего тот пошел в полицию.

«Штампом «дьявол кроется в деталях» я вас ни стращать, ни утомлять не буду, но не сказать, что Дима Шепелев избыточно ухоженный для тех огневых речей, которые он полюбил произносить, я не могу.

Его интервью бесконечно транслировали в студии «Прямого эфира» с Борисом Корчевниковым (время такое, что любви все меньше, и людишки бегут ее, и я сразу вам говорю: Корчевникова я люблю, и уж точно искреннее, чем Толстой с Гордоном любят Эрнста), а я все думал, кого он мне напоминает. А!

Героиню сериала «Такая разная Тара» (примите, как говорится, очередное меткое наблюдение от энциклопедически подкованного Отара), про которую там говорят: «Сочетание сентиментальной ходульности с кровавой фактурой вызывало ощущение фальши».

Говорить Шепелев умеет, это вам не я, с шашкой наголо кидающийся на супостатские редуты, это, так сказать, человек с отточенным чувством композиции, делает значительные, взором протыкает пространство, вздыхает по таймеру.

Но главное — как одет. Как продуманно одет. Речь про почившую светлую девушку, а ДШ одет в жанре «Я на Запад удаляюсь от ужасных здешних мест». Слово «Любовь» он произносит трепетно, как в слезоточивом фильме «Вам и не снилось»… ну как к такому парню придраться, что ему предъявить?

Глядишь на неотразимого ДШ и вспоминаешь еще и Жуковского: «Он пел Любовь, но был печален Глас: Увы, он знал Любви одну лишь муку».

Теперь самое время сказать, что отцу Жанны Фриске Владимиру Борисовичу, несостоявшемуся тестю, он ТЫКАЕТ, за что в Грузии ему б башку отвинтили, а у промеж вас, я так разумею, это норма, коль скоро, когда я об этом сказал у Корчевникова, никто мне даже не кивнул, что ж, ваш монастырь, ваш устав, ваши кумиры.

Ваш кумир пришел на встречу с отцом ЖФ, вооруженный микрофоном, разговор был, разумеется, не пацифистский, родители Жанны хотят видеть внука Платошу, Дима не разделяет их желания, ставит условия, мама слегла, папа психует, а кто бы не психовал?

Я разглядывал и Шепелева, и сидящего в студии человека, пережившего дочь и вымаливающего свиданию с внуком, в котором в одном он видит смысл кастрированной теперь жизни, ему отказывало дыхание, он хотел плакать, ему носили воду, он продолжал, он говорил, что на встрече с ДШ не сдержался, сказал,что убьет того, потянулся к нему, тот отпрянул, про себя, небось,празднуя викторию: разговор был записан.

Я понимаю, это дико и больно признавать, но Дима и Владимир Борисович давно превратились в супостатов, и я не вижу, с чего бы это поменялось, с чего бы парень, ТЫКАЮЩИЙ старшему и расхаживающий с «жучками», вдруг, одумавшись, пропел несчастным родителям «как в поле земные закаты рождали смертельную нежность» и привез бы им вожделенного пузанчика.

Читайте также: Филипп Киркоров признался в любви Ани Лорак

Мы все изображаем из себя видавших виды чемпионов, но сердце обливается кровью, как на твоих глазах красивая сказка о неземной любви обращается в прах.

Любовь поставлена на на колени, сестра Жанны Наташа, говорит постепенно сходящий с ума папа, лишилась ребенка от переживаний, мама слегла, нет у нее сил никаких, тут самый стойкий бы сдался, Шепелев подал на папу заявление в полицию, разногласия переросли в неприязнь, папа говорит, что черт бы с Димой, ему, папе, жить не хочется, я обнимаю его и верю ему.

Потому что мне кажется, что мне тоже не хочется.