Регистрация Войти
Вход на сайт

Владимир Лановой: «Демократия состоит не только в том, чтобы иметь право голосовать»

3 ноября 2013 07:45
1

Владимир Лановой: «Демократия состоит не только в том, чтобы иметь право голосовать»В гостях у интернет-издания Новости Украины – From-UA побывал украинский экс-политик и известный экономист, президент Центра рыночных реформ Владимир Лановой. Он рассказал о том, в чем проблема социальных государств, где брать деньги, чтобы рассчитаться с внешними кредиторами Украины и почему в нашей стране происходит такой завал экономики. Владимир Тимофеевич поведал и о том, чем должны заниматься бывшие политики и министры экономики, кто такие олигархи и что им нужно, а также объяснил разницу между микро- и макроэкономикой.

Сергей: - Можно ли на примере краха "Нефтегаза" и ПФ сказать, что социальное государство прекратило своё существование?

Владимир Лановой: - Понимаете, в чем дело. Демократия состоит не только в том, чтобы иметь право голосовать и так далее. А в том, чтобы люди имели определенные социальные нормы и в договорном режиме жили с государством. А когда государство наступает на права простых испанцев, ирланцев, греков и т.д., то я бы не называл эту страну демократической. Это уже сверху идущие, автократические решения, связанные с ущербностью политики чиновничества и бюрократов и партии при власти. Они не имеют права поступать таким образом с социальными нормами жизни граждан.

Когда работники нашего Минфина или других госучреждений говорят, что «в бюджете нет денег», они считают это серьёзным аргументом. Но в нормальной стране такому правительству бы сказали: «Нет денег? Идите гуляйте, ребята. Потому что вы не способны эти деньги аккумулировать и пустить их в оборот, выполняя свои конституционные, законодательные и бюджетные обязательства». Нарушать закон никому не разрешено, поэтому власти нужно нести хотя бы политическую и административную ответственность.

Так, в США уже дошло то того, что расход бюджета стал больше поступающих доходов. Однако там, во-первых, парламентарии контролируют этот процесс (чего у нас не наблюдается), а во-вторых, руспубликанцы сказали власти Обамы: «Ни копейки больше не дадим. Вы не умеете управлять страной». А он, в свою очередь, просит полтора триллиона долларов, чтобы разобраться с выплатами по медицинским услугам. Ну так это его дело, у него и так были триллионы на медуслуги.

Наши же говорят: «Извините, денег у нас нет. Вы ждите, через месяц выделим». Так откуда вы выделите эти деньги? Вот, Королевская или, скажем, Азаров заявили: дадим в первых числах ноября миллиард гривен на соцвыплаты. Что это значит? Они не имеют права ничего выделять, откуда-то брать! Они должны четко работать по бюджетным статьям!

Состояние Пенсионного фонда – очень критическое для страны, в том числе и с точки зрения демографической структуры. Нужна не вынуждать наших граждан ехать работать за рубеж, а создавать реальную производительность труда, чтобы он мог содержать наших пенсионеров.

А НАК «Нефтегаз» - это классическая схема, где за счет убытков огромной компании кто-то делает себе огромные доходы, поскольку газовая торговля у нас непрозрачна. Говорят, мол, российский газ дорогой и надо поднимать тарифы. Но ведь никто и нигде не отчитался по структуре потребления газа, добытого в Украине. Мы не знаем, куда он постпил и сколько его поступило, мы не видели баланса, чтобы можно было сказать: «Да, «Нефтегаз» поработал хорошо и надо ему дать кредит, чтобы он исправлял ситуацию». Ну сколько ж можно содержать «Нефтегаз»? Ведь ежегодно выделяется до 8-10 млрд гривен, чтобы покрыть его убытки

Может ли вообще в рыночной системе, где каждый за всё платит, существовать хозяйственная структура, которая получает чужие деньги безнаказанно?

Полагаю, что это, с одной стороны, показывает беспомощность власти, а с другой – опять-таки, показывает колоссальные возможности для сокрытия реальных платежей, доходов и убытков. Я лично присутствовал при тех случаях, когда несколько раз в течение двух недель «Нефтегаз» давал разные балансы и отчеты – хотите такой? Пожалуйста, вот вам. Сколько вам нужно показать убытков? Пожалуйста, покажем, нарисуем.

С этой коррупционной схемой надо наконец-таки покончить, потому что может из-за внутренней добычи изменится рынок газа, он станет прозрачным и мы все будем знать. Тогда и не будет Международный валютный фонд предъявлять нам претензии о поднятии тарифов, потому что «Нефтегаз» убыточен. Так что, мы будем помогать ему или экономике? Надеюсь, что эту схему удастся все же сделать видимой и устранить.

Юлія: - Володимире Тимофійовичу, розкажіть, яке воно життя без депутатського мандату?

Владимир Лановой: - Спасибо за вопрос. У меня в жизни было несколько периодов, когда я не занимал высокие должности. Напомню вам, что сначала я был государственным министром в первом независимом украинском правительстве, потом четыре месяца министром экономики и вице-премьером. Сам же и ушел с этого поста, демонстративно заявив, что не согласен с линией власти в 1992 году. В 1994 году стал депутатом, прошел по киевскому Русановскому округу. Был также главой ФГИ, но написал заявление об уходе, когда увидел, что в Украине в 1998 году рушилась финансово-бюджетная система и так правительство работать не может. Я аппелировал к президенту: нужно проводить изменения. Он не отреагировал.

В общем, были периоды, когда я занимался аналитической или творческой работой. Любой политик, экономист и финансист должен иметь возможность собраться с мыслями. Потому что работа в правительстве или в парламенте – это отдача того, что ты наработал, аккумулировал, и эти знания нужно срочно отдавать, принимать решения потому что времени нет. Из-за этого отдельные члены правительства или законодатели устают, истощают свои силы.

Вот и в периоды между депутатством я, скажем так, набираюсь сил.

Что касается моих доходов, то у меня есть некоторые их источники,и, кроме того, я являюсь профессором международного института. Вообще, я бы сказал, что жизнь прекрасна, даже прекраснее вне парламента, чем в его стенах.

Уже три года мы имеем новое правительство, а качество работы очень низкое несмотря на то, что управленцев меняют. Но ротации и изменения нужны для обновления сил.

Тем же, кто уходит, я бы рекомендовал заняться внутренним поиском и анализом своих идей, а не подсчетом денег, которые они вытянули из казны, пребывая на высоких должностях. Вспомните премьеров, различных министров. Почему они не являются или не стали публичными людьми? Почему не принимают участия в каких-то мероприятиях или консультациях? Почему не создают таких советов, как, например, в Америке? А там есть совет правительственных ветеранов, которые раньше занимали высокие посты в американской вертикали власти. Этим людям по 70-80 лет, но они обсуждают, а потом принимают какие-то решения, после чего передают их в Белый Дом. Вот насколько это важно.

А нашим президентам не нужны идеи, не нужен интеллектуальный, финансовый, экономический опыт даже на общественных основах. Я еще в первые месяцы президентства Ющенко говорил ему, что если он оторвется от общественного влияния и от общественных групп, в том числе и специализированных, то он как президент потонет. Так оно вскоре и вышло.

Ведь многие специалисты боролись с кризисом в 1990-е гг, и этот опыт нужен хотя бы для информации. Но нет, нашим президентам нужны те советники, которые будут выполнять их поручения. Идеи рождаются только в головах президентов. Я утрирую, конечно, но вы понимаете, что в этих головах много идей быть не может – они не для того становились президентами.

Семен: - Вчера услышал заявление от ЕБРР о том, что Украине надо бы уменьшить количество банков. Если правительство последует настоятельным рекомендациям Запада, как этот процесс будет осуществляться, через слияние-поглощение? Что вообще происходит в нашей банковской системе? Как дела с ипотекой? Почему такие высокие процентные ставки на всё? Если знаете о ситуации, расскажите, пожалуйста.

Владимир Лановой: - Очень важный вопрос. Прежде всего, хотелось бы сказать, что структура экономики любой страны, ее финансовые потоки являются уникальными и индивидуальными. Нельзя сидеть в Лондоне, смотреть в подзорную трубу на Украину и говорить: «У вас слишком много банков. По нашему мнению, их должно быть не 200, а, скажем, 80». А что это меняет в принципе? Может быть, кто-то считает, что это контроль. Но, извините, у нас банки сейчас находятся под жесточайшим контролем со стороны НБУ. Вернее, банки манипулируются Нацбанком Украины. Так что нашу систему нельзя назвать свободной, денежной и рыночной.

Мы забываем, что банковский сектор – это сектор денежного рынка. И скажите мне, есть ли у нас этот рынок или нет, если Центробанк адресно распределяет деньги, которые он эмитирует? Например, он выкупает облигации определенных банков, тем самым пополняя денежное обращение. Но у кого и какие облигации он покупает? Правительственные облигации. А кто имеет к ним доступ? Определенный круг банков, прежде всего – госбанки: «Ощадбанк», «Киев», «Надра», «Укрэксимбанк» и так далее. На этих операциях они делают себе постоянную прибыль и доход. Кроме того, являясь государственными банками, они знают, что эмиссионно-денежными ресурсами страны, которые должны пополнять рынок, (а на рынке определиться, кто возьмет эти деньги, эти кредиты) они профинансируют постройку какого-нибудь тоннеля или терминала. То есть, все расписано. Нет денежного рынка, есть манипулирование денежными потоками.

Есть также у нас обратный процесс. Его НБУ называет мобилизацией денег. Другими словами, Центробанк забирает с рынка деньги. Какие-то ресурсы есть: люди, или предприятия, или организации разместили депозиты в банки. Нацбанк уже несколько лет подряд эти излишки денег на банковских счетах забирает на свои счета.

В этом году, когда НБ Украины проделывал такие операции и перекачивал новые накопления с рынка на свои счета, сумма за 9 месяцев составила 180 млрд гривен. Нормально ли это?! НБУ, осуществляя трансакцию, дает банкам 3% с этих денег, чтобы они имели какой-то доход на этих депозитах, и они ни о чем не беспокоятся: забрали деньги, процент начислили, и можно вообще не работать. Зачем искать клиентов, финансировать промышленность, экспорт или сельское хозяйство?

Зачем это делает Национальный банк Украины? Почему он собирает деньги и тратит проценты на совершенно пустые операции – эти деньги лежат и не используются? Он живет себе в убыток, но забирает деньги с рынка.

Оказывается, таким образом банк и правительство пытаются удержать цены и валютный курс. Власть боится, потому что, как только у банков возникнут свободные деньги, то они скупят валюту, ожидая девальвации.

А мы те же несколько лет находимся в прединсультном состоянии – мол, девальвация гривны вот-вот наступит и все все потеряют. Банки хотят на этом заработать, а правительство не дает им этого сделать, забирая эти средства. Но это черт знает что. Это вообще не финансовые отношения, это не деньги Нацбанка, которые он по своему хотению снял со счетов коммерческих банков. Это деньги конкретных людей и юридических лиц, это даже не собственность коммерческих банков, которые являются посредниками.

Я этой проблеме уделяю немного больше внимания, потому что это объясняет то, почему у нас в стране такой финансовый завал. У нас вообще ни на что не денег: в бюджете денег нет, предприятия не инвестируются, в Украине нет инвестиционного процесса, который дал бы экономике рост. Падение производства связано во многом с такой манипулятивной политикой.

Для чего это делается? Ради чисто политических иллюзий, чтобы можно было сказать: «Мы держим курс, цены не растут, мы обеспечили финансовую стабильность». А какая финансовая стабильность, если после таких манипуляций денег нету, а процентные ставки ненормальные? Банки даже не называют, какой процент они берут, они говорят, сколько вы будете отдавать. Например, они посчитали свое «сальдо-бульдо» и сказали, что вы будете платить по 100 или 1000 гривен в месяц. Но если проверить эти рассчеты, то выходит до 70%! Малый предпринимательский бизнес очень рискованный. Банки его готовы кредитовать, но под 70%. А потребительский кредит идет под 50%. Денег в банках нет, и если они рискуют, то уже по крупному. Ну, какая экономика может развиваться при таких процентах? Вот вам результат такого управления, денежной стратегии, такого отношения к кредитным ресурсам в стране. В Европе вопрос стоит о 2-3% по кредитам, а у нас о 50%.

Власть и правительство обеспокоено лишь политическими результатами, информационными посылами в обществе, чтобы сообщить о росте и стабилизации. Но с материальной стороны наша страна и люди нищают, а производство деградирует.

Самое страшное то, что мы доверяем профессионалам и квалифицированным специалистам, которые просто разворовывают деньги, или служат президентам, которые воруют деньги. По этому поводу некому голос даже подать. Журналисты обращаются к банкирам, а банкиры – это закрытый клан, они только друг с другом имеют отношения и друг другу помогают. Они же подчиняются Национальному банку. А он им в сложный момент дает санационные и оздоровительные кредиты. Они все связаны. Таким образом, общество не может контролировать, оценивать и реагировать на ситуацию с денежной системой.

Марат: - У кого брать сейчас лучше взаймы - на внешних рынках или внутренних для снижения дефицита госдолга?

Владимир Лановой: - Я, может быть, и не оригинален, но должен вам объявить: нашему правительству перестали давать кредиты ВСЕ. На международных рынках, где, в связи с преддефолтным состоянием, процентные ставки по облигациям украинского правительства подпрыгнули до 13-14%. Власть просто не в состоянии жить в таком режиме. Эти кредиты, конечно, краткосрочные – полгода, максимум год. Были более длительные, но такие проценты правительство выдержать не может.

В последние месяцы кредитные рейтинги Украины понижены до негативных. И собственники денег на Западе не собираются рисковать. Они просто смотрят, какой у кого рейтинг. Поэтому нам международные рынки практически недоступны.

Велись различные переговоры и Международный валютный фонд, как последняя инстанция не проявляет оптимизма и надежды в отношении нас. МВФ поддерживает контакт с Украиной, чтобы украинцы вообще не отказались от связи с Западным миром. Потому что если бросить страну, то у украинского политикума может сложится мнение о том, что раз нас кинули, то и мы тоже ни с кем разговаривать не станем – мол, гордые. Диалог с Фондом продолжается, но его источники пока недоступны для нас.

Поскольку в последние месяцы наше преддефолтное состояние становится все более выраженным, то банки Украины перестали покупать облигации правительства в долларах. Хотя в первой половине года ему удавалось на некоторых аукционах по полмиллиарду-миллиарду долларов эмиссии облигаций. Но правительство не хочет платить высокие проценты, поэтому во втором полугодии оно предложило ставку в 8% по этим облигациям. Банки сказали «нет», в сентябре купили 30 миллионов облигаций и фактически отвернулись от власти. Внутренние кредиторы тоже не верят в то, что деньги будут возвращены, курс будет стабилен и никто не потеряет на том, что отдал одну сумму в долларах, а через полгода получил совсем другую да еще и в гривнах из-за того, что курс провалился.

Нам нужно изменять отношения в экономике, пустить в ход рыночные отношения на денежных рынках, дать возможность корпорациям получать кредиты у банков на международных рынках – если правительство забирает оттуда капитал, то корпорациям ничего не остается. Нужно изменить модель экономики, работать не ради интересов бюрократического класса, который распределяет деньги в соответствии с какими-то стратегиями действующего политического класса.

Чтобы экономика становилась рыночной, нужно запустить рыночную систему, убирать чиновников от вмегательство в рыночные отношения. Тогда мы сможем получить динамику производства, прибыли, сбережения, зарплаты, депозиты – все начнет работать. И когда все увидят, что это здоровая и растущая экономика, с прибылями, а не с убытками, только тогда государство сможет сказать: «Сегодня я одалживаю 5 миллиардов, но через два года у меня будет 6-7 млрд доходов, потому что экономика растет». Других источников у государства для погашения его долга нет, только рост экономики. А если падает экономика, то и бюджет страны будет падать.

Третий Рим: - Владимир Тимофеевич, имеет ли смысл установить технократическую власть в стиле Марио Монти? Технократов не особенно любят, как мы видим на примере Италии, но поражает то, что народ возвеличивает бестолковых политиков-популистов. Почему так?

Владимир Лановой: - Суть в том, что политики не являются самостоятельными фигурами. Этого нет ни в Соединенных Штатах, ни в Японии, ни в России, ни в других странах. Фигурантами политических отношений, в частности между государством и бизнесом, реальной экономикой, рынками являются предприниматели. Как вариант - Коммунистическая партия, или же какой-то политический класс, который не собирается отдавать власть и построил экономику по своему принципу. Такое есть не только в странах коммунистического режима, но и в якобы цивилизованных странах – особенно на Востоке Азии, где очень много автократизма и партии не собираются уходить. Я про Китай не говорю, но взять хотя бы Сингапур, Тайвань, Японию. Там 30-40 лет одна партия у власти.

На самом же деле партии только выражают интересы субъектов экономики. Если у нас партии финансируются олигархами, а некоторые политики даже кичатся этим: сообщают, кто и сколько им заплатил за их политические действия. Тогда возникает вопрос: а что хотят олигархи? Они хотят, чтобы государство их продолжало финансировать, давало им бесплатно земли, кредиты, займы, которые поступают из МВФ. Словом, они хотят работать, используя силу государства.

Наши олигархи стали очень мощными, настолько сильными, что ставят тех или других президентов на пост, решают, кто будет в большинстве в парламенте. У них есть сила не только финансовая, но также и информационная. То есть, они владеют СМИ, разного рода проектами – политологические, экспертные, конференции. Все сейчас инициируется теми, кто хорошо себя чувствует и может давать кредиты по 100 миллионов долларов друг другу. Но они не хотят никаких перемен, а хотят крепкого политического режима, который будет давать им возможность накапливать имущество в огромных количествах.

Мы сформировали своего рода такое олигархическое государство, которому не интересны рынки, конкуренция и финансовая ответственность. Они этих слов даже не знают. Нужен миллиард? Нет вопросов, взяли в НБУ миллиард, купили 10 заводов. Притом, не за свои деньги, а где-то что-то взяли, одолжили, договорились: нужно 100 миллионов? Получи. Спасибо, через год отдам. Хорошо, если это они между собой, но олигархи постоянно берут деньги у государства.

Им просто нужен президент, который более-менее популярен. При условии, конечно же, если президент не будет их топить, потому что главы стран бывают недовольны некоторыми олигархами. Они начинают их топить, а олигархи запускают проекты на своих ТВ-каналах. Как Хорошковский, который вдруг привлек Анну Безулик на свой канал: мол, давай всю правду скажем о правительстве Азарова. Меня сразу на «Интер» пригласили, хотя до этого несколько лет не приглашали. Надо было сразу что-то пустить в ход. Потом быстренько эту программу убрали.

У олигархов есть свои конфликты, свои интересы, и они выбирают. Хотя умный президент в наших условиях, как правило, с олигархами не ссорится. При Кучме олигархов не было, они в кулаке держал, запуская контрольно-силовые системы. При Ющенко они распустились. Интересно, что крупной приватизации вроде бы не было, все было заморожено, Ющенко всего боялся. Теперь приходят, набрасывают все это в мешки и на спину и все, что попадается по дороге – какие-то облэнерго, облгаз – забирают себе. Никто не знает, кому все продано. Все какие-то подставные фирмы. Потом выясняется, что покупателями являются приближенные или родственники президента. Но если уж президент начнет влазить в этом процесс и забирать себе что-то, то точно что не всем олигархам будет хорошо – кое-кого «попросят» поделиться.

Этот процесс у нас уже начался. Потому что возникают какие-то суды в Лондоне между нашими олигархами, футбольные клубы юез согласия собственника переходят непонятно кому, скважины нефтяные кто-то продает Ахметову. Почему они их продали? Что это за рынок? Хотели ли они продать? Были ли аукционы? Идет большой процесс изменений в олигархической структуре, а значит – и в политической власти.

Мы будем жить в такой стране, где нам с телеканалов будут вешать лапшу на уши: где снег выпал, где самогонный аппарат взорвался. Якобы в стране никаких проблем, стратегий, инноваций не существует. Есть программа «Усе буде добре» и все. Это клише навешивается всем людям: «усе буде добре» и не волнуйтесь. А людям нужно свои права иметь и даже защишать.

Все это означает, что гражданское общество подавляется. Не обязательно, чтобы все выходили на демонстрации, достаточно просто поставить подпись под какой-то петицией или жалобой и направить ее в Киевгоргосадминистрацию или в Киевсовет, или в другие госучреждения. Пусть люди распишутся и тогда можно заявить: тысячу людей подписалось под тем, что кто-то что-то незаконное в городе делает, или о том, что не было горячей воды.

Но когда один, а не тысяча, человек идет в суд, он, конечно же, ничего не выигрывает. У этих корпораций невозможно суд выиграть. Кстати, в США запрещено корпорациям судиться с простыми гражданами, обвинять их и подавать на них иски – это ведь было бы полным бесправием: как же человек в суде выстоит против гиганта? Нам стоит об этом задуматься: что решают в судах наши судьи?

В нашем обществе разрушены источники свободы и демократии. Источником их является свободный предприниматель: малый, средний или большой. То есть независимый бизнес, который работает на рынках и хочет справедливости и равенства прав, а не монополистические, провластные и коррупционные схемы. Этот предпринимательский класс движет демократией. Ведь ему нужна конкуренция, обновление политических партий, для того, чтобы они не засиживались и не превращались в автократические.

Как ни парадоксально, например, в Японии не может быть рыночной системы, потому что там одна и та же партия. Нужны движения свободных предпринимателей, которые составляют идеологических базис политикума. Именно они говорят, какой должна быть экономика, финансы, бюджет, кредиты. А значит: какие отрасли развивать, какие не развивать, нужно или не нужно свободное ТВ. В основе этого – предпринимательское движение.

Итак, признаком свободы являются: свободные СМИ; общественность, которая должна быть информированной и обращаться иногда с крупными аппеляциями к власти – пусть она на них не реагирует, но тогда видно, что происходит в обществе.

Пока же все политические партии Украины финансируются олигархами, они будут слушать то, что им скажут эти олигархи, даже несмотря на свои заявления об оппозиционности. Если им скажут не финансировать Пенсионный фонд, а попросят денег для операций с газом, металлом.

Юрий, г. Одесса: - В 1994 году Вы принимали участие в первом туре президентских выборов, заняв четвёртое место. А сейчас у Вас нет президентских амбиций? Есть ли на Ваш взгляд в украинском политикуме человек, который достоин занять высокий пост Президента? Если да, то назовите, пожалуйста, его фамилию. Кто из мировых лидеров прошлого или современности импонирует Вам лично? Спасибо!

Владимир Лановой: - Понимаете ли, амбиции амбициями, но голова тоже должна быть на плечах. Не только воля, не только сила важна. Очень сложно бороться за то, чтобы Украина стала европейской и свободной страной, не пребывая в должности президента или премьер-министра. Если бы я был на этих постах, все было бы гораздо легче.

В 1994 году были другие предприниматели, которые формировали политическую и финансовую базу будущего президента – «красные директора», которые собрались, провели выборы, подсчитали голоса (90% в некоторых областях) и привели своего человека. Это хорошо подчеркивает то, что я сказал выше.

Я не хочу, чтобы меня финансировали олигархи. А без таких крупных денег, создавать политические структуры бесперспективно. Это неблагодарная вещь. Выборы это очень большая затрата сил, энергии, нервов, много переживаний и подлости. Я очень четко вижу, что нужно сделать, чтобы был нормальный парламент и нормальный президент. Поэтому прошу прислушаться к моим словам: не нужно уповать на олигархов, не нужно уповать на большие суммы, чтобы после этого занять какое-то место. Да, очень важно в парламенте одевать футболки одинакового цвета. Но зачем, если вы хотите заниматься политикой и законодательством, а не только информационными всплесками?

Пока что, повторюсь, наш предпринимательский класс уничтожен. Есть отдельные участники, но они настолько дезорганизованны и запуганы, в том числе и Налоговым Майданом. Люди же просто вышли на площадь выразить свое отношение к Налоговому кодексу, а их посадили в тюрьму за разбитую брусчатку. Поэтому, у нас очень плохая ситуация в смысле вызревания политика, который мог бы стать президентом, и партий, которые не только на словах оппозиционные, а сами договариваются с властью про структуру выборов и еще черт знает про что.

Есть олигархи, отлученные от корыта, или у них забирают то, что они имеют. А они обеспокоены тем, как перевести деньги на Запад – другой цели у них нет. Очень важно, чтобы мы через СМИ и Интернет это понимали. Что есть какая-то программа, чтобы дойти до успеха. Потому что некоторые из политиков и общественных деятелей думают: «Ну, что вы хотите? У них миллиарды и милиция под рукой». Так милиция под рукой была и у всех предыдущих правителей, в том числе и у Компартии, и ничего у них не вышло.

Журналист: - 1) Какие самые большие ошибки в экономической политике Украины были сделаны за прошедшие 22 года? 2) Можно ли было Украине избежать кризиса 2008 года? 3) Какой валютный курс гривна-доллар сегодня оптимален для экономики Украины и почему?

Владимир Лановой: - Самое страшное, что мы пережили – это когда развалился Советский Союз. Тогда Украина осталась без денежной единицы. И, то ли случайно это было, то ли умышленно, но все пошло так, как было выгодно России. Я вам напомню, что Западные спецы говорили, что Украина будет самой успешной, динамичной с точки зрении своей структуры экономики, квалификации рабочей силы, состояние мощностей и т.д. Для того, чтобы нарушить потенцию Украины, нужно было уничтожить ее финансовые систему. Как ее уничтожить? Нужно печатать деньги. В 1992 году приходит к руководству Кучма – становится премьером страны и получает право выпуска декретов, то есть законов. Берет команду, в том числе и из директоров, непонятных экономистов, которые просто начинают кредитовать предприятия, у которых нет денег. Из-за этого начинается колоссальная инфляция – то есть те деньги, у кого они были обесцениваются. В результате, банковский сектор также лишился оставшихся денег. Было 20-30 миллиардов, а стало в триллионах.

Предприятия, которые привыкли часть своих средств брать у банков, чтобы покупать электроэнергию, закупать материалы – пока они выпустят продукцию из этих материалов, они должны иметь кредит на это время. Потом они продают продукцию и деньги возвращают в банк.

Если хорошие проценты, то предприятие работает стабильно. И вот предприятие обращается к банку, а там говорят: «У нас ничего нет, это бумага».

Директора заводов тогда начали атаковать правительство, жалуясь им на Ланового – мол, я не разрешаю их прокредитовать. А я говорю: «Ребята, зарабатывайте деньги, работайте на рынках, получайте прибыль, из нее финансируйте свой процесс. Не будет вам Нацбанк печатать деньги». И как вы думаете, мало было влиятельных людей, желающих снять Ланового в первой половине 1992 года? Против меня началась очень серьезная кампания.

Настолько были разрушены финансы, что у банков не было денег, платить нечем, зарплаты и пенсии по два года не выплачивались. Большинство предприятий было позажено на так называемую картотеку – измышление планового социализма, и почему Гетьман и Ющенко пошли на эту плановую картотеку, я не пойму. То есть деньги, которые предприятия получали, не могли быть ими использованы. А в принудительном режиме ЦБ эти деньги расписывает по долгам. Фактически предприятия были объявлены банкротами, а Центробанк управлял их заводами. Но как это возможно? Вот практически все заводы были разрушены, они стояли.

Вы можете себе представить, что 9 лет подряд падало производство на 10-15-20-21% в год? По сравнению с 1991-1992 годом мы тогда уменьшили производство в три раза из-за простоя заводов. Что еще могло быть хуже, когда люди были выброшены на улицы, которые даже мешочниками начали работать?

Такое мощное разрушение экономики было выгодно только России. Потому что им обязательно надо было сказать украинцам: «Вот мы работаем классно, у нас все есть, мы растем. А Украина? Это завалина-развалина, и пусть украинцы придут и выстроятся в очередь к нам». Это большая геополитика, они не могли нас держать в своих руках после 1991 года, но им надо было нас привязать к себе финансово, экономически.

У нас хорошие современные машиностроительные заводы, электроника, приборостроения, средства связи и т.д. Можно было выпускать хорошего уровня на базе микроэлектронных японских приборов хорошие платы, компоненты бытовой и другой техники. У нас была квалифицированная рабочая сила, очень хорошая энергетическое вспомогательное производство. И что происходит, когда это все девять лет не работать? Люди деклассировались, поуходили с производств, некоторые стали даже политологами, будучи заведующими лабораторий. Это и был самый сильный удар, от которого Украина не может оправиться и сейчас, потому что до сих пор мы не поднялись до уровня 1990 года.

А кризис 2008 года был искусственно создан, потому что не было предпосылок для девальвации гривны. Была даже ревальвация перед этим – мы жировали, был переизбыток валюты. Потом почему-то его вдруг не стало, банки иностранные начали уходить, доллары скупались непонятно кем. А за счет каких кредитов они покупались? Это искусственно созданная финансовая разруха. Хотя были использованы предпосылки с международных рынков: мол, перестали покупать металл. Но было лишь заявление о том, что металл перестают покупать, а доллар уже полетел. Поэтому, это все было инспирированно.

Что касается третьего вопроса, то дело в том, что курс не может быть искусственно рассчитан. Как и цены, курс – это информация, к которой приспосабливаются все участники разных отношений. Например, импортеры знают, что по такому-то курсу выгодно закупить продукцию за рубежом, привезти сюда, продать и обменять опять гривну на доллары и это будет выгодно – они адаптируются к определенному курсу. И задача финансовой стабильности состоит в том, чтобы курс был предсказуем и был относительно неизменным.

А если бы он и изменялся, то в изменении должна быть определенная логика, которая не связана с администрированием со стороны чиновников. Если они говорят: «Официальный курс – такой-то», то нормальный частный бизнес скажет: «Он у вас официальный, ну и живите с этим курсом. Мы в вашу страну не придем».

Поэтому он должен быть реальным, должен быть результатом спроса-предложения, и результатом рациональной политики Национального банка с точки зрении гривны, кредитов, процентов, манипуляций. Экономика сама обеспечит то состояние курса, который является приемлемым и стабильным для всех и все поймут – это не зависит от того, что какой-нибудь Иван Иванович после пьянки вдруг решит изменить курс.

Что касается сегодняшнего курса, то нужно выбрать общую стратегию, финансовую политику, процессы накопления денег и характер инвестиций, развитие кредитных рынков. Если это все будет, то мы поймем, нужна или не нужна эмиссия, лишняя гривна или нет, привлекать валюту или пусть будет в текущем состоянии. Для нас ключевым моментом является насыщение рынков капиталом. Прежде всего финансовых рынков. А у нас везде не хватает капиталов, а без такого насыщение мы не можем стать конкурентоспособным государстовом – у нас дефициты.

Евгения: - Украина должна была выплатить $644 млн кредита МВФ. Еще $930 млн нужно собрать до 15 ноября. Плюс 1, 86 млрд грн государство должно погасить внутренним кредиторам и $880 млн отдать за российский газ. 1) Как отток таких существенных сумм скажется на макроэкономических показателях? Не усилится ли стагнация рынка от того, что у государства проблемы с финансами и деньги из экономики уходят кредиторам. 2) Насколько существенны эти суммы в масштабах госбюджета? Если сравнивать с семейным бюджетом, это деньги "на булавки", на крупную покупку или на новое авто или квартиру?

Владимир Лановой: - Я должен добавить, что до конца этого года «Нефтегаз» должен погасить долг своих облигаций примерно на 2 млрд долларов. Откуда государство берет средства для погашения долгов? Или с новых кредитов, или с новых доходов бюджета. Новые кредиты, как я уже говорил, нам недоступны, а доходы бюджета не растут, потому что уже на 6% упало промпроизводство, на 13% упало строительство за девять месяцев. Практически все отрасли упали, кроме сельского хозяйства. Фактически сокращаются доходы госбюджета.

Правительство выкручивает руки все, кому только можно: предприниматели, например, уже на три года вперед платят обязательства в налоговую.

В краткосрочном периоде деньгам взяться неоткуда, поэтому никакого оттока валюты с Украины не будет. Вот Путин заявил, что Россия с барского плеча даст кредит в 750 млн долларов (имеется в виду кредит от Сбербанка РФ). Это значит, что Кремль очень долго ждал, пока мы скажем: «Все, больше нет сил, сдохли – уже ничего у нас нет и за газ нечем платить».

Оттока не будет, просто когда у «Нефтегаза» реально не будет денег расплатиться, то будет объявлен процесс банкротства компании. Будут, конечно, проведены переговоры. Думаю, что Россия опасается такого случая: ведь так «Нефтегаз» у них под колпаком у «Газпрома», мы не можем пикнуть ни по транспортировке газа, ни по тарифам, ни по закачке. А так придет кто-то другой и станет собственником «Нефтегаза», для России будут неприятные последствия: она потеряет контроль над газовой территорией Украины.

Также такой случай повлияет на дефолтные свопы по облигациям государства и начнется переговорный процесс с инвесторами о том, что делать с этими облигациями. По видимому, будут пересмотрены какие-то процентные ставки, появятся новые финансовые обязательства.

Тут стоит сказать, что источников всех платежей и долгов является госбюджет. И в этом году около 50 млрд гривен было выделено на погашение ранее полученных кредитов и долгов по облигациям правительства.

Это значит, что страна становится все беднее и беднее. В этом году 70 миллиардов будет отдано в пустую из бюджета, я уже не говорю про разные субсидии, которые летят в черную дыру. Наш народ голый и босой, а что будет с медициной, с жилищным сектором, что будет с материальной помощью для малоимущих социальных групп.

Гуманитарий: - Добрый день, Владимир Тимофеевич! Мне 25 лет, я окончил филфак, то есть - гуманитарий до мозга костей. Но очень хотел бы знать и понимать экономику. Так что важно для понимания экономических процессов - микро или макроэкономика, или и то, и другое? И какие книги и труды вы рекомендуете прочитать, которые помогут человеку осознать, что такое мир экономики и как он воздействует на мировой порядо


Рейтинг статьи:
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
Комментарии: (1)
Гость 3 ноября 2013 13:36

В тому що нас перестали кредитувати я особисто бачу позитивні сторони. Може влада візьметься за голову і почне все таки піднімати промисловість, щоб вона могла бути конкурентною, і приносила прибуток державі. Зараз МВФ більше має впливу в НАШІЙ країні, ніж ми, народ. Вони ставлять умови, кажуть по чому газ повинен бути, примушують скорочувати соціальні виплати, а комуняки ще давно прогнозували таку ситуацію, яка стає більш реальною з кожним днем.

Цитировать          1
Оставить комментарий
Ваше имя: *
Ваш e-mail: *
Текст комментария:
Полужирный Наклонный текст Подчёркнутый текст Зачёркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Код: Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код: